"Надеялись на лучшее, а оно с каждым днем все хуже". Как полиция и спасатели эвакуируют жителей Донецкой области

В подконтрольной Украине части Донецкой области продолжается эвакуация мирного населения. Несмотря на замедление темпов наступления российских войск, обстрелы украинских городов и сел остаются интенсивными, вынуждая людей покидать свои дома.

Кирилл, полицейский из эвакуационной группы «Феникс», работающей совместно с украинскими спасателями, отмечает, что благодаря знанию города и его жителей работа становится более эффективной. Заявки на эвакуацию поступают в огромном количестве, что требует слаженных действий спасателей, полицейских и волонтеров. «Раньше людей приходилось уговаривать уехать. Теперь они сами звонят, подают заявки», — делится Кирилл.

Дружковка, где сейчас нет ни света, ни интернета, практически опустела. Несмотря на отдаленность от передовой, увеличение дальности полетов российских дронов делает проживание в городе крайне опасным. Единственным относительно безопасным способом добраться сюда является бронированный транспорт.

Личный опыт бойцов эвакуационных групп добавляет остроты ситуации. Кирилл в 2014 году сам выехал из Донецка, а несколько недель назад эвакуировал свою семью из Краматорска. У его коллеги Владимира, спасателя ГСЧС Донецкой области, родной город был оккупирован в 2025 году. «Мне жена прислала фото, как они сидят в подвале. С того момента я сказал: «Хватит, я вас вывожу». Мы думали, прошел год, мы смирились с тем, что не вернемся домой», — рассказывает Владимир Загорулько.

Пока спасатели и полицейские ищут первые адреса для эвакуации, в эвакуационный центр в Краматорске прибывают первые группы выезжающих. За последние недели российская армия взяла под огневой контроль практически всю неоккупированную часть Донецкой области, что привело к резкому увеличению числа желающих эвакуироваться.

Розалина, жительница пригорода Краматорска, описывает ситуацию: «Свет тухнет, связи вообще нет. Надеялись на лучшее, а оно с каждым днем все хуже и хуже».

Наталья с соседями приехала из населенного пункта, расположенного всего в нескольких километрах от Славянска. «Еще полгода назад решили уехать. Ждали мира. Думали, что все успокоится, что все будет хорошо. Потом поняли, что уже все. Решили эвакуироваться», — говорит она.

Игорь Николаевич пешком вышел из Константиновки, которая находится на передовой. «Там руины. Полный бардак. Я шел пешком с хромой ногой, в феврале я травмировался – на мину наехал случайно. Не знал, что это мина. Меня вывели военные. В январе я похоронил мать. Мы с ней последние 20 лет жили в одной квартире. Похоронили прямо во дворе дома. Кладбища закрыты, доступа нет. Хоронят во дворах домов. Я могилу своей матери видел прямо с балкона каждый день», — делится он.

Теперь Игорь Николаевич называет людей, которые выезжают своевременно, «умными», а о тех, кто остается до последнего, говорит, что они «крутят пальцем у виска». Он сам пытался верить в лучшее, но его оптимизм пошатнулся.

Владимир, один из эвакуируемых, медленно выходит из дома, словно прощаясь с ним. Решение выехать было принято родственниками. «Холодильника нет. Воды нет. Заболел, проблемы с ногой. Очень тяжело. Думаю, что в один конец», — говорит он.

В машине его успокаивают, говорят, что пора выезжать, но не обещают возвращения. Это отличительная черта нынешней эвакуации. Из Краматорска Владимир отправится к дочери, мечтая о новой, спокойной жизни в тихом райцентре.