Согласно данным украинской разведки, российские войска намерены захватить Константиновку к майским праздникам, а летом развернуть наступательные действия на Славянск и Краматорск. Эти прифронтовые города Донецкой области недавно посетил наш корреспондент.
Павел Дяченко, сотрудник полиции Донецкой области, демонстрирует видеозаписи российских авиаударов по Краматорску, Славянску и окрестным населенным пунктам. Он рассказывает: «Один из недавних обстрелов пришелся на центральную часть города, буквально в ста метрах от нас – упали две авиабомбы. Это повлекло за собой масштабные разрушения и мощную ударную волну».
Полицейские парамедики, входящие в спецотряд для реагирования на последствия российских атак, оказывают первую помощь в условиях повышенной опасности. На одном из таких выездов Дмитрий и Игорь спасли семью из четырех человек – двоих детей и их родителей – эвакуировав их через окно. После прямого попадания авиабомбы вход в подъезд был заблокирован, в здании начался пожар, и люди оказались в ловушке.
«Вход был полностью охвачен пламенем, мы не могли попасть внутрь, а они не могли выйти», – вспоминает полицейский Дмитрий Колодюк. «Мы подогнали наш Nissan Patrol ко второму этажу, залезли на него, спустили детей и родителей, оказали им необходимую помощь, согрели и доставили к родственникам», – добавляет его коллега Игорь Зелик.
Дмитрий Колодюк отмечает, что по мере приближения линии фронта количество выездов неуклонно растет: «Как ни прискорбно, но фронт приближается, и обстрелов становится все больше. Даже FPV-дроны уже долетают до окраин Краматорска». По словам Игоря Зелика, полицейским парамедикам приходится патрулировать Краматорск с детектором дронов.
Тем временем Геннадий Юдин, командир спецотряда «Белые ангелы», направляется с командой в Дружковку. Этот город, расположенный всего в пяти километрах от Краматорска, практически опустел и находится еще ближе к передовой. На улицах нет ни людей, ни автомобилей, лишь изредка проезжают наземные дроны по безлюдным дорогам.
Передвижение по городу крайне опасно: российские дроны атакуют любой транспорт. Вдоль дорог стоят сгоревшие автомобили. «Каждый день, заезжая в Дружковку, мы видим новые разрушения гражданской инфраструктуры. И, к сожалению, ежедневно враг ведет охоту на гражданские автомобили с помощью FPV-дронов. Каждый день в Дружковке гибнут и получают ранения люди», – констатирует Геннадий Юдин.
В Дружковке объявлена принудительная эвакуация семей с детьми; на момент подготовки репортажа их оставалось 11. Полицейские также вывозят взрослых по индивидуальным заявкам. Несмотря на постоянные обстрелы, в городе все еще проживают, или скорее выживают, около семи тысяч местных жителей. До полномасштабного вторжения население Дружковки было в восемь раз больше.
Действовать приходится очень быстро. Пока люди собирают вещи, полицейский Александр Шилков внимательно следит за обстановкой. «Вчера в Дружковке атаковали точно такой же, белый гражданский автомобиль», – делится он.
Сумки в машину – и оперативно к следующему адресу. Сергей – один из последних, кто покидает свою многоэтажку. Другой местный житель, Юрий, рассказывает о взрывах, прогремевших неподалеку в пять утра: «Сегодня в пять часов как громыхнуло, наверное, два КАБа, не знаю. Небо все светилось. Дом так задрожал».
В следующей точке к команде присоединяется Наталья. «Я уволилась с работы, детский сад, где я работала, разбомбили. Теперь все, ни детей, ничего», – объясняет она свое решение наконец-то уехать.
Полицейский Владимир Макаров отмечает, что эвакуация возможна не всегда: «Бывают дни, когда вражеская авиация и дроны особенно активны – это ясная погода, что для нас крайне неблагоприятно. Иногда приходится ждать, пока ситуация позволит заехать, но мы все равно забираем людей».
По словам Павла Дяченко, люди начали массово выезжать из Славянска и Краматорска из-за приближения российских войск: «Каждый такой обстрел, особенно массированный и мощный, подталкивает людей. На месте обстрелов часто слышишь: ‘это знак’. Когда люди не ранены, но их дом поврежден, выбиты окна, двери – они признаются, что, вероятно, это сигнал к отъезду и принимают решение эвакуироваться».
В Краматорске и Славянске, несмотря на отток местного населения, на улицах по-прежнему многолюдно и оживленно. Это объясняется большим количеством внутренне перемещенных лиц: те, кто жил в Константиновке, переехали в Дружковку, когда фронт приблизился, а затем, когда Дружковка стала непригодной для жизни, они переместились в Краматорск или Славянск. Эти города являются последними крупными населенными пунктами Донецкой области перед Харьковской, где еще теплится жизнь и даже работают кафе – если, конечно, не брать во внимание тот факт, что в Краматорск уже залетают FPV-дроны, а в небе постоянно видны российские самолеты, сбрасывающие бомбы. За Славянском и Краматорском начинается Харьковская область.
Большинство полицейских в Донецкой области также являются внутренне перемещенными лицами, вынужденными покинуть свои дома. Геннадий Юдин делится своим опытом: «Я начинал в Авдеевке, затем Очеретино, Гродовка, Мирноград, Покровск, Доброполье. И повсюду видишь эти разрушения, чувствуешь, что враг целенаправленно уничтожает наши города и села в Донецкой области, в нашей Украине, не оставляя после своих обстрелов ничего живого».
Самое ужасное, по словам парамедиков Игоря и Дмитрия, – это спасать раненых маленьких детей после обстрелов. А еще страшнее, когда один из родителей этих малышей погибает.
